Бяловежа в августе

Last Updated on 19.07.2021 by admin

За границу на велосипеде.

Серой птицей лесной из далёких веков
Я к тебе прилетаю, Беловежская пуща.
Из песни.

Кто не пересекал государственную границу на велосипеде, тот не испытал свободы передвижения. В конце девяностых из-за недостатка информации народ сам себе придумывал реальность. Например, что на велосипеде с прицепом можно съездить в другую страну.

Свою первую попытку мы совершили с другом. Закупили вещей на продажу, погрузили в велосипедный прицеп и вперед. Не настолько тренированные, чтобы своим ходом допереть тысячу километров. Сначала электричкой до Бреста.

Утром были на месте, с вокзала двинули на своих колесах в сторону границы. Прицеп постоянно отвязывался. На трудных участках система металлических креплений выходила из строя.

И здесь проявился рационализаторский ум друга. Он с блеском решил вопрос, намотал много полиэтиленового шпагата для перевязки тортов в магазине, и случилось чудо, прицеп стал послушным как пудель. Прав был старина Моцарт, все гениальное просто.

На границе ничего не меняется десятилетиями. Очереди те же, многокилометровые. Людям не сидится дома, потому что надо выживать. С той разницей, что в прошлом веке коробейники тянули, кроме сигарет и солярки, товары народного потребления. Сами зубной пастой не пользовались (дорогая зараза), все шло на экспорт за валюту. Особенно ценились швейные иглы, бельевые прищепки и батарейки. Время было парадоксальное, полки магазинов пустые, а багажники легковушек ломились от товаров.

Учители, культработники, врачи, инженеры, работяги, комсомольцы в клетчатых баулах вывозили из страны цветные телевизоры, холодильники «Саратов» и «Минск», кухонную утварь, утюги, столовые наборы, алкоголь, сигареты, спички. Там продавали, а назад везли валюту, одежду и обувь.

«Велотуристы» гордо объехали очередь и прямиком к шлагбауму, за которым накопитель. А нельзя так, кто там плывет, не притворяйтесь рыбой, здесь даже рыбам плыть запрещено. Как же так, мы в такую даль, слышали что можно. Сказано нельзя, цурюк нахауз.

Наши люди знают, что надо делать в случае отказа. Правильно, реветь во всю дурь. СОВСЕМ нельзя?! Или КАК-ТО можно?! Ревели, упрашивали, намекали, шо не ближний свет, шо народ и армия едины, но служивые были не в курсе. Кино и немцы, песнь льда и пламени, зима близко, короче стена нам поможет. Так вот оказалось, мешает, что бы там ни говорил про нее Трамп.

через границу на велосипедеПоехали обратно, свесив головы понуро на грудь. Нашли речку Мухавец (или тип того), сели на берегу, слопали ссобойку. В целом хорошо отдохнули, никуда не спеша, повалялись и позагорали. Пайка вкусная, домашняя, не какой-нить общепит. Все равно полного удовлетворения не получили, хотелось большего.

И вот эти времена настали. Жизнь повернулась к лесу задом, другим местом к людям. Засияли невиданные дали, распахнул двери велосипедный погранпереход в Европу.

Кое-кто утверждает, через него можно даже пешком перейти. Только шагать придется десяток километров через дремучий лес, зато по асфальту. С нашей стороны поселок Переров, с польской стороны городок Бяловежа. Хотя это условно, по обе стороны самого перехода раскинулась, так сказать, Пуща.

Собралось еще пятеро энтузиастов нетрадиционных пересечений границы. Замысел был ехать до станции Жабинка (Квакенбург на старых картах) электричкой. Дальше на велосипедах по полям, лесам, горам и низинам. Цель и конечный пункт поездки — городок Бяловежа, по ту сторону, но рядом с границей.

Как выглядит операция в техническом плане знает тот, кто ездил в велопоходы. Для остальных пригодится подробная схема и детальное описание. Начнем с того, что на вокзал каждый приезжает на двухколесном друге.

Впоследствии он превратится в подругу, брата, сестру, члена семьи короче. Ценность основного средства передвижения станет еще одним вариантом ответа на глупый вопрос из детства, кого больше любишь, маму или папу.

укладки велосипедов Уже первые километры пути покажут, что велосипед не роскошь и не простое средство передвижения. Он наше спасение в диком лесу, от него будет зависеть больше, чем в обычной жизни.

Этот молчаливый попутчик, будет всегда под рукой (ногой), как верный конь, ароматный такой. Сладкая парочка легко поладит, потом врастет друг в друга организмами, наконец станет одним могучим велокентавром.

Общие цели кого угодно заставят вибрировать на кочках единым целым, скреплять сплоченные вместе плечи, ковать хребет рабочего класса, бороться за мир во всем мире, но сейчас не об этом.

Нет слов, чтобы выразить восторг, до чего хорошо не зависеть от общественного транспорта. Но совсем без него не обойтись, за этим собственно, большинство и приезжает на вокзал.

Куда девать доброго коня, может в стойло? Нет такой опции в меню. Надо разбирать его на части и упаковывать в чехол. И в этом плане механический конь лучше живого, которого если разобрать, то он будет плохо себя чувствовать всю дорогу.

Как это выглядит на практике, надо рассказать. Просто откручиваются две гайки, снимается переднее колесо. Потом выкручиваются педали и тут же устанавливаются обратно, только наоборот, внутрь велосипеда. Сбоку приставляется колесо, снизу натягивается чехол, и вся конструкция завязывается тесемочками сверху.

Бандеролька готова, с ней вас без проблем пустят в поезд и отправят малой скоростью по адресу, указанному в проездных документах. Или куда захотите, всегда можно договорится с проводником.

укладки велосипедовПочему надо подробно на этом останавливаться, потому что первый раз это жутко интересно. Во-первых, очень хорошо, что рядом несколько забавных людей в лосинах носятся по перрону с гаечными ключами наперевес и яростным блеском в глазах.

Они нужны для фона, чтобы отвлечь от себя лишнее внимание, и создать вокруг аморальную поддержку. Согласитесь, одному несколько неуютно выдерживать взгляды традиционных пассажиров с чемоданами на колесах и подозрительностью в натуре.

Как только вел упакован, вы имеете право зайти с ним в вагон и потребовать освободить вам плацкарту. Только вам, потому что для коня отдельное место не предусмотрено. Больше того, если выявится превышение параметров габаритов, за него придется доплатить (такое бывает редко).

Значит следующий вопрос, где разместить Буцефала. Нет смысла скрывать, что ответ готов был до того, как вопрос назревал. Третья полка идеальное место, если сил хватит, но для этого нужна сноровка. Подготовленные, не впервые замужем товарищи из группы поддержки зашвырнули два вела под потолок быстро и мастерски. Вагон ойкнуть не успел, как эти двое лежали рядышком, как дедушка с бабушкой.

Наступает время повествования о поперечном способе укладки велосипедов. Каждый вел опирается на две противоположные полки, провисая надежным мостом над головами беспечных пассажиров. Нетрудно догадаться, что был еще продольный способ укладки, но об этом позже, на обратном пути.

Брест ЖабинкаСледует сказать, что двум коникам наверху было тепло и уютно. Они тихо ржали в четыре дырочки, не мешая соседям по общежитию. Не сразу догадаешься, а что это там в чехлах посапывает.

Их сопровождающим на один этаж ниже спалось тоже неплохо. Никто громко не храпел, ни кони, ни люди. После отхода ко сну тех и других, воцарилась тишина, и ночь в поезде прошла прекрасно.

Утром проводник принес чай, нельзя не любить этот трогательный момент. И не надо менять славную традицию, чай в поезде в звякающих подстаканниках. О, незабываемый момент, это не просто прием горячей жидкости внутрь, это целый ритуал. Кто-нибудь обращал внимание, что если дома чай пьется без сахара, в поезде все равно с сахаром? Необъяснимый феномен, загадка природы.

В восемь утра прибываем, стоянка одна минута. Шесть беговых лошадей и примерно столько же вожатых сумели выпрыгнуть за сорок пять секунд. Пока горит свеча спичка в руке у проводника. Поезд свистнул, хрюкнул и помахал ручкой. А кавалерия принялась строиться на безлюдной станции Жабинка.

Погода обещала быть ласковой. Постепенно нахлынули восторг и счастье. Впереди дорога, а мы свободны как ветер. Намного свободнее, чем владельцы четырехколесных корыт. Им позарез нужна огненная вода в нутро, гладкий асфальт под брюхо и страховка. А шо взамен. Шум, грязь, вонь и сизый выхлоп в небеса.

ЖабинкаМы же неприхотливые, как карельские березы и автономные, как республика Крым. При этом не менее скоростные. Неожиданно обнаружились не три измерения вокруг, а по крайней мере, на одно больше. Чувство свободы до краев наполнило и укрепило уверенность в завтрашнем дне.

Собрать, сложить, упаковать, попрыгать чтоб не звенело и вперед! Ноги рвутся в пляс, застоялись рысаки, заскучали от тоски. Не печальтесь, не сучите ножками, еще миг и полетим наперегонки по бескрайним просторам ветер в спину. Эээй, залетные!

Вон из стойла в поля с душистой травой и кузнечиками, в леса с горячими сосновыми ароматами! Ужас как это богатство люблю и уважаю, говорил чувак в треухе из одной весьма пластилиновой местности, и был прав по сути.

По асфальту ехать надежнее, там есть даже указатели со стрелками, но не так интересно. Для кого тогда американцы навигатор придумали? Мы пойдем своим путем, и этот путь (Май Уэй) будет пролегать по полям и лесам. Вот же выбрали дорожку на свою голову, знали бы, нашли бы полегче.

Это была не дорога, а танковый полигон. Какой-то дурень насыпал толстый слой брутального песка с булыжниками, и забыл укатать. Лидер в желтой майке сказал, что видал и хуже, и задал пелотону нечеловеческий темп. Основной состав, высунув языки, тянулся следом и старался не подавать виду.

Брест ЖабинкаОбладатели пружин и седел Брукс быстро оценили их преимущество при нешуточной цене. Испытыние пятой точки длилось (вот же лось) часа четыре. На гладких участках лесных дорог организм восстанавливался, и снова жизнь становилась лучше, жить становилось веселей, а песня лилась звончей.

В одном месте посреди поля был заброшенный сад, в нем вниманию публики предлагались большие синие сливы и яблоки. Последние оказались на любителя (очень твердые, полежать должны). Сливы наоборот, сразу пошли, как к себе домой, без стука на громкое ура.

Природа подарила буквально то недостающее, что требовалось слегка загрустившему организму. Оценив подарок с небес, отряд перевел взоры на красивейшее поле с золотыми колбасками скошенной свернутой соломы. Пейзаж, достойный кисти импрессионистов желтого периода, к которым каждый скромно относил себя.

Общими силами зафиксировали натуру не хуже Огюста Ренуара, так же импрессивно (впечатлительно). Ради таких моментов человек бросает дом, работу, теплый сортир, нажитый непосильным трудом Дэуматисс. Ради них родимых, паровозик из Ромашкова менял маршрут, тянул вагоны на край света, чтобы самому увидеть и другим показать, как цветут первые ландыши.

Кто-то представил себе другую картину. Выходит он такой на дорогу, по которой бредет лошадь с телегой, а внизу в долине клубится туман, и пасутся овцы, и поют птицы. Или наоборот, сядет в молчании на берегу, и будет долго смотреть, как солнце пурпурное, шипя погружается в море лазурное, оставляя красную дорожку. В любом случае, ради таких мгновений стоит преодолевать тысячи километров.

Брест ЖабинкаОкружающий пейзаж, особенно сливы настолько расслабили участников велопробега, что они потеряли всякую бдительность, и коллектив позволил себя сфотографировать в полном составе.

На фото один из трогательных моментов совместного пути в синюю даль, когда впереди вся дорога, а сердца переполнены предвкушением новых приключений. Ожидание праздника как известно, важнее самого праздника.

Наполним же себя ожиданием, насладимся им, а там глядишь, событие подоспеет и оправдает лучшие надежды. Сто лет назад еще не было интернета, а уже тогда некто Каутский теми же словами об этом сказал: результат ничто, процесс главный.

Настроение встрепенулось, взлетело и прибавило сил. Как ни хороши, и как ни свежи были розы сливы, программа путешествия была неумолима и требовала полной отдачи. Крутить педали и никаких гвоздей, вот лозунг наш и Солнца, и лидера в желтой майке.

Продолжение